«ТЯЖЕЛЫЙ ПЕСОК» – ФИЛЬМ-ПАМЯТНИК
УКРАИНСКИМ ЕВРЕЯМ

Семен БЕЛЬМАН,
председатель Черниговской областной еврейской общины,
заслуженный работник культуры Украины

Семидесятые годы бурного XX века памятны советским людям каждому по-своему. Одним – началом строительства БАМа и стройотрядами, другим – съездами партии и докладами о «построении развитого социализма», третьим – движением хиппи и выводом американских войск из Вьетнама. Десяткам тысяч – вводом Советских войск в Афганистан. А вот мне…

…Осенью 1978 года в окошко моего ветхого дома в старом еврейском квартале Чернигова постучала родная сестра моего отца – тетя Роза. Как сейчас помню ее какой-то испуганный взгляд в просвете форточки и взволнованный голос: «Семочка, у меня в руках журнал «Октябрь». Здесь опубликован роман об уничтожении фашистами евреев города Щорса. Если хочешь, то я могу дать тебе почитать журнал. Но только на одни сутки: очередь!..». Эти сутки пролетели для меня, что называется, на одном дыхании. Я читал роман взахлеб, не отрываясь ни на минуту. Читал и сидя, и стоя, и на коленях…

Тогда, в семидесятых, когда перестройкой еще и не пахло, а еврейская тема в советской стране освещалась только через призму борьбы с «израильскими агрессорами» и «сионизмом как человеконенавистнической идеологией еврейской буржуазии», роман Анатолия Рыбакова произвел на меня, двадцатидвухлетнего военнослужащего Советской Армии ни с чем ни сравнимое впечатление. Он просто потряс меня!

А как же могло быть иначе: ведь о трагедии еврейского народа в стране «дружбы народов» не принято было говорить вслух, а слово, означающее эту трагедию – Холокост – советским евреям, да и людям других национальностей, было попросту неизвестно. А тут целый роман, посвященный жизни еврейской семьи Ивановских-Рахленко, охватывающий период с дореволюционных времен и до середины Второй мировой войны. Но более всего меня поразило то, как масштабно и бескомпромиссно была раскрыта в романе тема Катастрофы еврейского народа.

И сегодня для меня остается загадкой то, как во времена Суслова мог быть издан этот роман. Возможно, сыграл свою роль авторитет Рыбакова – автора таких популярных повестей как «Кортик», «Бронзовая птица» и «Каникулы Кроша». Ведь на них воспитывались юноши и девушки всех послевоенных поколений. Хотя нет. Запрещали и более маститых.

И мог ли я тогда, в далеком 78-м, подумать, что почти через три десятка лет судьба сделает мне подарок, и я стану причастным к экранизации этого шедевра писателя Анатолия Рыбакова – романа «Тяжелый песок».

Но обо всем по порядку. В июне 2006 года в моей квартире раздался телефонный звонок. Звонили из Москвы с киностудии «Мосфильм» из кинокомпании «Фильм Юнион». Говорил режиссер Антон Дмитриевич Барщевский: «Мы начинаем крупный телевизионный проект по экранизации романа Анатолия Рыбакова «Тяжелый песок». Фон романа – еврейская жизнь в Украине в первой половине XX века. Прошу Вас приехать на пару дней в Москву, нам нужны Ваши консультации».

Откровенно говоря, я никогда раньше не был связан с киноиндустрией, и никаким образом не представлял свою роль в таком проекте. Мои упорные попытки отказаться от поездки были сломлены тем, что дело святое – фильм о Холокосте. И если я могу хотя бы чем-то помочь – значит должен.

В Москве меня прямо с вокзала отвезли на киностудию. Первыми с кем я там встретился, были исполнительница одной из главных ролей в фильме актриса Ирина Лачина, сыгравшая роль Рахили, и автор сценария картины Наталья Виолина. Я должен был дать консультацию по костюму еврейской девушки начала XX века, в который должны были одеть героиню Лачиной. В процессе работы между нами состоялась интересная беседа. Речь шла не только о еврейском костюме, но и о еврейских традициях: их вопросы – мои ответы. Затем мне вручили примерно пятьсот страниц текста первых шести серий сценария, отвезли в гостиницу и попросили… к утру написать свои замечания. Ничего не оставалось делать, нужно было работать. Изрядно «зарядившись» кофе, я к семи утра закончил и сдал эту чертовски интересную работу.

Через несколько часов позвонила координатор проекта и сообщила, что в три часа дня меня отвезут на встречу в грузинский ресторан. Почему в грузинский? Что за встреча? С кем встреча?.. В ресторане меня ждали режиссер-постановщик и генеральный продюсер фильма «Тяжелый песок» Антон Дмитриевич и Дмитрий Юрьевич Барщевские. Оба очень подробно интересовались прошлым (о настоящем они, видимо, уже были проинформированы) моим и моей семьи. Рассказали они мне о себе и о своих корнях, о том, как зародилась идея снять этот фильм. А потом Антон Дмитриевич сказал, что они хотят, чтобы я принял участие в работе над фильмом. Конечно, предложение было весьма лестным. Но и ответственность огромная. И я еще раз попытался отказаться: «В Москве столько еврейских общинных центров, раввинов, синагог, научных и образовательных еврейских институтов… Зачем я вам?». Однако их доводы и возможность быть причастным к делу увековечивания памяти жертв самой страшной трагедии в истории еврейского народа не оставили мне аргументов.

И началась работа. Работа и не легкая, и не простая. От вычитки текстов сценария до планировки и сооружения в заброшенной школе села Гвоздиковка внутренних помещений синагоги. От создания атмосферы реального быта еврейского дома конца XIX – начала XX веков до разработки сценария проведения еврейской свадебной церемонии. В этой работе было много интересных эпизодов. Вот один из них.

Когда была построена необходимая декорация для съемки еврейской свадьбы, режиссер, дабы убедиться в том, что мы все делаем правильно, решил пригласить из Киева религиозную еврейскую женщину, которая сама выходила замуж под хупой. Приехала молодая женщина по имени Хая-Двора из синагоги Бродского.

Она вошла в помещение нашей бутафорской синагоги и, немного оглядевшись, спросила у меня: «А сколько в этом селе евреев?». И когда я ей ответил, что в Гвоздиковке нет ни одного еврея, она с удивлением спросила: «А для кого же эта синагога?». Пришлось объяснить ей, что синагога эта не настоящая, и построена она только неделю назад вот этими людьми для съемок фильма. Это была первая, но такая приятная оценка в том числе и моей работы. В процессе работы над фильмом было много сложностей, которые по понятным причинам сопутствуют таким грандиозным проектам, каким является экранизация романа А. Рыбакова «Тяжелый песок».

Одна из них заключалась в том, что съемки происходили не в самых удобных местах, как говорится, «далеко от Москвы»: Щорс, Базель, Рига, Чернигов, Киев... Но сплоченная команда во главе с режиссером-постановщиком фильма Антоном Дмитриевичем Барщевским, кастинг-директором Дарьей Дмитриевной Виолиной и директором картины Юрием Марковичем Люстикманом с честью преодолели все трудности и воплотили задуманное.

Что еще самого интересного и запоминающегося можно сказать о работе над фильмом в формате газетной статьи? Фильм делал поистине интернациональный коллектив: оператор-постановщик – болгарин, его помощники – два молодых серба, второй режиссер – литовец, исполнительный продюсер – татарка, костюмер – чеченка, декоратор – молдаванин, директор фильма – еврей. И, конечно же,- москвичи (есть такая национальность). И все они были объединены темой Катастрофы еврейского народа.

С удовольствием хочу отметить, что в съемках массовых сцен фильма, там, где особенно нужны были характерные типажи, принимали участие практически все члены Черниговской еврейской общины, многие из которых на самом деле пережили ту войну и знают о нацизме не по книгам и фильмам. И черниговские евреи, несмотря на то, что им часто приходилось сниматься в очень тяжелых условиях, не роптали. Ни в мороз, ни под проливным холодным осенним дождем, когда дубль повторялся за дублем в течение многих часов, раздетые догола малые дети и старики не выказывали и тени недовольства.

Сегодня, когда работа над фильмом почти завершена, и уже успешно прошли презентации фильма в Щорсе и Тель-Авиве, а до выхода его на экраны телевизоров осталось менее 100 дней, я имею честь и возможность задать несколько вопросов руководителю проекта – режиссеру-постановщику фильма «Тяжелый песок» Антону Барщевскому.

— Антон Дмитриевич, что побудило Вас сегодня, когда модные «мыльные» сериалы собирают очень большую зрительскую аудиторию и весьма солидные деньги, снять такой сложный и серьезный фильм о Холокосте? Не пытались ли Вас отговорить от этой, прямо скажем, довольно рискованной затеи?

— У меня таких опасений не было. Наш предыдущий опыт – сериал «Московская сага», основанный на романе Аксенова, – имел очень высокий рейтинг. Был огромный зрительский отклик, который мы чувствовали повсеместно. Как и в «Московской саге», в «Тяжелом песке» затронуты вечные темы: любви, долга, порядочности, жертвенности, достоинства. Я совершенно не сомневаюсь, что после ряда удачных серьезных экранизаций, таких, как «Идиот», «Дети Арбата», готовящейся к выходу на экраны картины «Братья Карамазовы» у большого числа людей, составляющих телевизионную аудиторию, существует позитивное отношение к сериалам, снимающихся на основе серьезных литературных произведений. А если говорить о кинематографе, то коммерческий успех фильма «12» подтверждает то, что и молодежь способна воспринимать проблемное кино. Наш зритель всегда умел смеяться, плакать, а главное – думать! Надеюсь, что еще не отвык.

Нам бы хотелось, чтобы молодое поколение заинтересовалось картиной с точки зрения знания нашей недавней истории. Потому что мы многое сделали, следуя исторической достоверности, реальным фактам. Картина охватывает большой исторический отрезок с конца XIX до сороковых годов XX в. Важно, чтобы молодые люди ощутили прикосновение к другой исторической эпохе, узнали о том, как жили, любили, что пели, и как одевались их бабушки и дедушки. Думаю, что повышенный интерес наш сериал должен вызвать у жителей Украины, ведь 80 процентов сцен снято именно в Украине.

— Расскажите немного о Вашей семье.

— Мы все страстно увлечены и занимаемся одним делом – кинематографом. К тому же, в отличие от других династий, мы работаем вместе на одних проектах. Так сложилось, что и первый совместный опыт – кинороман «Московская сага», и «Тяжелый песок» близки по жанру – это семейные саги.

Мой отец, Дмитрий Барщевский – кинорежиссер. В годы учебы работал с такими мастерами отечественного кино, как Сергей Герасимов, Лев Кулиджанов, Роман Кармен. В творческом содружестве с Натальей Виолиной, моей мамой, которая выступала автором сценария, поставил картины: «Это в сердце было моем…», «Жизнь и любовь Александра Блока», мелодраму «Две главы из семейной хроники». В 1987 году мои родители сделали художественно-публицистический фильм «Риск», который выпускал лично М.С. Горбачев, ознаменовав тем самым начало новой исторической эпохи. Впервые в этом фильме Сталин был назван преступником, и вообще была озвучена правда о прошлом. Фильм был представлен на крупнейших кинофестивалях в Каннах, Берлине, Монреале, Амстердаме.

Кинороман «Московская сага» также получил признание на международных кинофестивалях: в 2006 году из Биаррица (Франция) творческая группа увезла сразу три главных приза крупнейшего фестиваля телевизионных фильмов – за лучший сценарий, музыку и уникальный актерский ансамбль.

Если говорить о последних работах, то, экранизируя «Московскую сагу» и «Тяжелый песок» Наталья Виолина не писала литературного сценария в привычном понимании, но все то, что говорят актеры на экране – это ее слова, мысли, идеи. Роман «Тяжелый песок» – выдающаяся литература, но он написан не кинематографическим языком, в нем много описаний, авторских комментариев. Поэтому было очень важно пересмотреть произведение таким образом, чтобы оно было интересно зрителям на экране. Наталья Виолина, как мне кажется, замечательно написала сцены, по которым снимался фильм. Это ее метод работы, который часто ведет к тому, что многие сюжетные линии развиваются уже в процессе съемок, направлен на то, чтобы картина смотрелась динамично и интересно. Так, например, из эпизодического появления в романе выросли в полноценные сюжетные линии: роль Елены Моисеевны, блестяще воплощенная Ольгой Будиной, летчика Вадима Соколова (его сыграл Дмитрий Харатьян), Кусиела Плоткина в исполнении Бориса Львовича.
Идейным же вдохновителем всего проекта стал генеральный продюсер Дмитрий Барщевский. На самом деле он задумал снять «Тяжелый песок» еще в 1979 году. И едва ли не до начала съемок не верил, что его мечте суждено сбыться.

Дарья Виолина – моя сестра, выпускница сценарного факультета ВГИКа, успешно проявила себя как кастинг-директор на картине «Московская сага» (особый приз жюри крупного телевизионного фестиваля в Биаррице за уникальный актерский ансамбль – во многом ее заслуга). На проекте «Тяжелый песок» ее функции значительно расширились. Она взяла на себя ответственность не только за подбор актеров, но и за визуальные составляющие – грим, костюмы, реквизит. И фактически стала креативным продюсером картины.
— Как известно, больше всего человека раздражают его близкие. Трудно ли работать «семейным подрядом» в столь серьезном и ответственном – перед будущим и исторической правдой – деле?

— Провокационный вопрос. Порой бывает сложно абстрагироваться от «семейных уз», но, думаю, в целом нам это удается. Мы стараемся быть объективными и корректными по отношению друг к другу. Кино – очень непростое, командное дело. Без единомышленников воплотить замысел в конечный продукт, который зритель увидит на экране, невозможно. Поэтому «чувство локтя, надежного плеча», ощущение поддержки, конечно же, компенсирует неизбежные творческие споры и трения.

— Почему выбор Ваш пал именно на роман о катастрофе украинского еврейства, ведь есть, например, романы Эфраима Севелы о Холокосте евреев в Литве, Белоруссии и России? Роман же Рыбакова написан достаточно давно. Многие литературные источники последних лет более смелые. А Рыбаков тогда, в 70-х годах XX века многое просто не мог сказать: о вине советских властей, скрывавших от населения истинные намерения нацистов в отношении евреев, о пособниках фашистов из местного населения…

— Не соглашусь с Вами. В семидесятые годы роман Рыбакова произвел фурор. Он был чудом издан в Советском Союзе и стал одним из уникальных произведений, которое, пусть в несколько отредактированном цензурой виде, тем не менее, дошло до читателей не в самиздате. Это история о евреях, о еврейской семье, о Холокосте. В романе все было названо своими именами. И я думаю, что для интеллигенции, которая впервые прочитала его в 70-е, этот роман до сих пор является знаковым.

«Тяжелый песок» во многом автобиографичен. Я думаю, свидетелям тех трагических событий (к счастью, некоторые из них живы и сегодня), будет крайне важно увидеть картину на экране. К тому же, много лет назад Анатолий Наумович Рыбаков сказал моему отцу, что хотел бы увидеть экранизацию «Тяжелого песка». В одном из последних своих писем он обратился к отцу с просьбой обязательно снять этот фильм. Роман «Тяжелый песок» посвящен не просто еврейской теме – его персонажи – и плохие евреи, и хорошие немцы. Это – как в жизни: важна не расовая принадлежность человека, а каков он на самом деле. В фильме речь идет о человеческих характерах и драматических судьбах.

В 90-е годы мне довелось возглавлять представительство Фонда Стивена Спилберга «Выжившие в Холокост» в Восточной Европе, странах СНГ и Балтии. Для архива этого Фонда нашей командой было снято более 5 тысяч интервью с жертвами Холокоста. Я работал в качестве исполнительного продюсера документального фильма С. Спилберга и Дж. Молла «Последние дни» (фильм получил премию «Оскар» в 1999 году), делал фильмы для Еврейского Фонда Праведников, Швейцарского фонда помощи жертвам Холокоста. Накопленные в результате этих работ знания по истории, впечатления от встреч с уцелевшими свидетелями событий оказались бесценны при создании фильма «Тяжелый песок».

— Эммануил Виторган, Марк Розовский играли легко: ведь они вышли из этой этнической среды. Да и люди они военного времени. А насколько сложно Вам было работать с молодыми актерами? Ведь для них это – другие реалии, иной во всех отношениях, действительно незнакомый, закрытый нашими бывшими идеологами мир.

— Для всех актеров роли в «Тяжелом песке» не были «проходными». Мы это чувствовали на съемочной площадке. Многие из них снимались и в «Московской саге», но в «Тяжелом песке» сменили амплуа. Ольга Будина впервые в жизни играет резко отрицательную героиню. Очаровательную, но безжалостную. Юрий Соломин сыграл небольшую, но полную драматизма роль адвоката в эпоху сталинского террора. Андрей Смирнов психологически тонко воплотил образ немца Ивана Карловича Краузе, живущего в еврейском городке и разделившего общую участь жителей Сновска. Все актеры проявляли настоящий профессионализм и удивительно трепетное отношение к создаваемым образам. Меня по-настоящему порадовал серьезный, вдумчивый подход к профессии со стороны молодых актеров Нелли Уваровой, Анны Горшковой, Валерия Закутского, Надежды Бахтиной.

Мы не предполагали, что актеры будут с таким удовольствием и готовностью приезжать к нам сниматься. В Щорсе, где шли съемки, мы не могли предоставить им те условия, к которым многие из них привыкли. Но у нас не было случая, чтобы кто-то из артистов отказался от роли, сказав: «Вы знаете, нет. В экспедицию в город Щорс я не поеду». Напротив, когда у некоторых из них случались перерывы в съемочном процессе на нашей картине, и мы предлагали съездить в Москву, они говорили: «А можно мы останемся? Знаете, здесь атмосфера особенная. Нам тут хорошо». Ира Лачина, Саша Арсентьев, Юрий Цурило практически все лето прожили со съемочной группой, никуда не уезжая.

— «Тяжелый песок» – Ваша первая режиссерская работа. Что труднее: продюсировать или режиссировать?

— С одной стороны, ответить однозначно на этот вопрос смогу только после того, как фильм будет закончен. С другой стороны, я готов поделиться ощущениями, которые накопились к сегодняшнему дню. В продюсерской профессии я хорошо представляю, как решать разнообразные задачи, которые возникают при съемках фильма. Режиссура – иной род деятельности, который совмещает помимо основных творческих еще и множество сложных задач. Съемочный процесс непредсказуем, как погода. Сложная сцена может получиться не только благодаря продуманности, но и потому, что актеры и оператор были в замечательной форме, не подвела техника, и солнце вышло в нужный момент. Иногда же простейшая сцена снимается два-три дня, вместо запланированных нескольких часов, потому что все не задалось в этот день: актриса не форме, дождь проливной, карета в нужный момент не подъехала и т.д. Кино, наверное, сродни спортивным достижениям. И ощущения похожи на те, которые испытывают спортсмены. Даже зная, что на 100 процентов сильнее соперника, они никогда до конца не уверены в собственной победе, потому что могут подвернуть ногу, или не заладится игра, или просто судьба будет против них.

— Благодарю Вас, Антон Дмитриевич, за интервью. Судьба не против Вас. Сегодня и всегда судьба будет за Вас! Вы сняли прекрасный фильм – ФИЛЬМ-ПАМЯТНИК! Памятник тысячам уничтоженным еврейским общинам Украины, памятник 1 500 000 украинским евреям, безвинно убитым нацистами и их пособниками.

Спасибо и за то, что вместе с членами Черниговской еврейской общины я имел честь и возможность также принять участие в работе над фильмом.

Сегодня у Вас много друзей и в Щорсе и в Чернигове. Отныне семью Барщевских мы считаем членами нашей Черниговской областной еврейской общины. Будем с нетерпением ждать Ваших новых фильмов.