ВОСПИТАНИЕ АНАФЕМОЙ

Екатерина ЩОТКИНА

Гетман Мазепа и его анафема – прекрасный повод показать, «как в Украине все непросто» и, разумеется, «не едино». Все, кто заканчивал советскую еще школу, знают – иуда (звание «каин», которым также награждают Мазепу нынешние апологеты анафемы, – удел только самых начитанных), и нечего огород городить.

О том, сколько этот «иуда» вложил средств и сил в православную церковь, которая потом с такой готовностью его прокляла, вспоминали лишь историки с музейщиками. О том, что, предавая гетмана анафеме, православная церковь поступила как минимум неблагодарно, говорить не принято. А теперь и вовсе смешно. При чем тут деньги, храмы и даже, простите, шведы? Мазепа – не благотворитель, не ктитор, не герой, не Каин и не Авель. Он просто жупел. Что в некотором смысле даже хуже, чем анафема. Для нас хуже – не для него.

Новую вспышку споров об анафеме можно было бы, как прежде, отнести к давно ставшим «равновесными» схемам «москали против свидомых». Да не получается – персонажи подкачали.

Церква Всіх святих над Економічною брамою
(1696-1698)
побудована коштом І.Мазепи
Фото з сайту www.mazepa.name

Итак, моим общим выводом является тот, что гетман Иван Мазепа был предан анафеме епископами Русской Церкви по приказу Петра Первого: не на основании канонов Православной Церкви (содержащихся в Книге Правил);
за такие преступления, за которые положена только церковная епитимья, но не анафематствование; без заседания по данному вопросу Собора или церковного суда;
причем тысячи подобных же фактов нарушения присяги на верность Царю никогда не карались в истории России анафематствованием с занесением имени в Синодик Недели Торжества Православия, так что данный случай вполне может быть назван беспрецедентным…

Я глубоко убежден, что публичная дискуссия по поводу анафемы Мазепе должна быть прежде всего лишена политической и эмоциональной окраски и проходить в спокойной атмосфере, с изложением канонических и исторических аргументов, а также не должна переходить в обсуждение самих личностей, выступающих здесь со своими частными мнениями.

Диакон Андрей Глущенко, кандидат богословия

Инициировал это информационное безобразие не кто иной, как глава Синодального отдела внешних церковных связей УПЦ архимандрит Кирилл (Говорун). Первая мысль: ого! Ведь в процессе и после выборов патриарха ни у кого не должно было остаться сомнений: отец Кирилл – правая рука патриарха Кирилла в Украине. Совпадение имен – не случайность. Что тоже неоднократно подчеркивалось в прессе. Романтично настроенный наблюдатель вдохновился: пора изменений в украинской церкви пришла. Вот, Голодомор признали. Теперь с Мазепы анафему снимут. А там и до автономии доберутся.

Впрочем, церковная ситуация в Украине оставляет мало шансов для романтизма. Поэтому дальнейшее развитие событий не только вряд ли кого-то разочаровало – даже не удивило особо. Очень быстро слова о. Кирилла были подвергнуты уничтожающей критике. Не из Москвы – как можно? От «коллег по УПЦ» – из Одессы. А там и россияне подтянулись. Последовал разлогий комментарий о. Кирилла, сводящийся к тому, что «я этого не говорил, а если и говорил, то совсем не то».

Вроде недоразумение, вроде замяли. Но шорох в массы пошел. То есть цель была достигнута – все участвовавшие в маскараде украинские клирики показали себя странным образом. Один что-то не то сболтнул, другой сослался на Богословскую комиссию, которая тут же все опровергла. В общем, все еще раз убедились в том, что в Украине – даже в церкви – цирк. Единственная корректная, претендующая на богословский анализ статья, принадлежавшая, кстати, украинскому богослову диакону Андрею Глущенко (Существуют ли канонические основания для анафемы Ивану Мазепе? //orthodoxy.org.ua/uk/node/23912), осталась вне поля зрения «полемистов».

И то сказать, не богословская полемика была их целью. История с анафемой Мазепы вряд ли в ближайшее время станет предметом подробного богословского ис- следования, сколько бы сейчас ни говорили о том, «как это нужно». Ведь придется признать, что «русская симфония» за века не слишком изменилась – царь Петр сумел заставить право- славную церковь выполнять политические заказы. И, судя по нынешней «полемике», он знал, что делал. Беда Мазепы в том, что он поступал прямо противоположным образом. У нас любят сильных, а не добрых.

Как бы ни острили представители Московской патриархии на тот счет, что снятие анафемы с Мазепы «вопрос из серии «есть ли жизнь на Марсе?», богословские основания для этого, по всей видимости, есть (отсылаю любопытствующих к статье Андрея Глущенко на сайте «Православие в Украине»). Возможно, поэтому полемика так быстро и переводится из области богословия в область острословия. Так будет до тех пор, пока анафема Мазепы будет оставаться политически актуальной для РПЦ. Политическая актуальность от эпохи Петра по сей день остается главным аргументом канонизаций и анафематствований в РПЦ. Александр Невский, топивший в крови антиордынские восстания, или Николай ІІ, соавтор «кровавого воскресенья», удостоились канонизации по тем же «государственным» соображениям, по которым не может быть снята анафема с Мазепы.

Но оставим вопросы богословия – богословам, истории – историкам. Их высказывания, действия и бездействие – на их профессиональной и христианской совести. Прелесть нынешней церковной полемики – не в результате, а в процессе. Результатов нет и не предвидится – это касается не только анафемы Мазепы, но и более глобальных «украинских вопросов». Нынешняя полемика хороша своей риторикой. То, что при патриархе Алексии выглядело радикальным (а то и вовсе провокационным), при патриархе Кирилле становится мейнстримом.

Например, навязчиво переходящий от выступления к выступлению мотив сопоставления Мазепы и Гитлера. Иногда к ним присовокупляется еще и Филарет Денисенко. Вроде совпадение, вроде никаких прямых параллелей и обвинений «по сути» – а привкус мерзенький остается. «Очень показательно», что «именно такой человек» становится героем у «южных соседей», – отмечает одно из должностных лиц РПЦ. Впрочем, спохватывается: украинский народ – это «тоже наш народ». Вот ведь, чуть было не оговорился.

Но цену этой полемике определил «миссионер номер один» РПЦ, «диакон (пардон, после выборов патриарха уже протодиакон) всея Руси» Андрей Кураев. В своем как всегда риторически блестящем выступлении он занят не столько историей и Мазепой, сколько нашей с вами современностью. Параллель очевидна: «вирус тотального многократного предательства пронизал весь политикум современной Украины».

Диагноз от диакона неутешителен – поэтому и рецепт суровый: не снимать анафему ни в коем случае, чтобы не навредить «больному». По мнению диакона, важно не то, справедливо или несправедливо была наложена анафема – важно, «как это будет воспринято современным человеком». Так вот, украинцы, по его мнению, недостаточно честны и порядочны, чтобы давать подобные оценки. Пускай «подрастет поколение». Надо думать, наши «северные соседи» достаточно честны и порядочны, чтобы не только давать оценки нам, но и чтобы предпочесть истину тому, «как это будет воспринято». Собственно, не пожертвовали ли истиной ради «исторической необходимости» епископы, анафематствовавшие Мазепу? Надо думать, они уже и тогда были достаточно «взрослые».

Незадолго до смены патриархов московских Украинская православная церковь официально отказалась от «политического православия». Судя по действиям и высказываниям нового патриарха-менеджера, это решение было преждевременным. Патриарх Кирилл не только не желает отмежевываться от политики – он всеми силами стремится укрепить «симфонию», продвигая православие в качестве идеологии для нынешней России и «святую Русь», она же «русская (православная) цивилизация» в качестве СССР нового типа. Надеяться, что он позволит Киеву – своей «южной столице» – славить своих альтернативных героев, просто смешно.

Архимандрит Кирилл – правая украинская рука патриарха Кирилла, – вызвав своим «неосторожным» высказыванием очередной скандальчик, не «зарвался», как предполагалось в одном из церковных изданий. Совсем наоборот – он «выполнил» и «оправдал». Тон высказываний приближенных нынешнего патриарха сбивает с толку: можно подумать, издевка – лучший способ сохранить хорошие отношения между двумя частями одной церкви. Или не единство, а что-то совершенно иное входит в их планы?

Например, спровоцировать внутри УПЦ серьезный конфликт и провести под благовидным предлогом изрядную «чистку». Самая большая опасность для «украинской политики» патриарха Кирилла – не раскольники с униатами, а как раз УПЦ со своим зреющим стремлением к автономии и авторитетным предстоятелем.

Пока патриарх не придумал – или придумал, но еще не предпринял – радикальных мер по ликвидации угрозы потери Украины, он будет делать все, чтобы поддерживать внутри УПЦ раздор. Пускай лучше грызутся, чем чинят сговор. Патриарх, видимо, слишком менеджер, чтобы предположить, что они вместо того и другого могут еще и молиться.

http://www.zn.ua/1000/1550/66168/

До головної сторінки
Контакт

Copyright Форум Націй © 2004-2009
Дизайн та підтримка- О. З.