ПЕРВЫЙ БЛИН ИЛИ ИЗВЕЧНЫЕ ГРАБЛИ: ЧТО ЛУЧШЕ, НИКАК ИЛИ КАК-НИБУДЬ?

Вячеслав ЛИХАЧЕВ

Людина в полікультурному суспільстві: навчально-методичний посібник для викладачів вищих навчальних закладів з курсу за вибором для студентів соціогуманітарних спеціальностей / [Пометун О.І., Султанова Л.Ю. та ін.]. – К.: «Інжиніринг», 2010 – 248 с. Учебное пособие «Человек в поликультурном обществе», разработанное коллективом авторов по заказу Международной организации миграции при финансовой поддержке посольства Великобритании в Украине, оставляет после себя странное чувство. С одной стороны, безусловно хорошо, что курс по этой тематике был разработан, и уже началось его внедрение в некоторые киевские университеты. Необходимость интенсивного развития «tolerance education» в украинских условиях бесспорна и очевидна, однако, к сожалению, у отечественных авторов, исследователей и педагогов, не так уж много самостоятельных достижений в этой сфере.

Можно упомянуть разве что выпущенное Конгрессом национальных общин Украины пособие «Поликультурика» и некоторые издания, подготовленные методистами объединения «Нова доба». Поэтому сам факт появления вузовского учебника, посвященного существованию человека в современном поликультурном обществе, следует решительно приветствовать.

Однако, с другой стороны, боюсь, что констатации положительности самого факта выхода в свет подобного учебника недостаточно. А этим практически исчерпывается то хорошее, что можно сказать о тексте учебника. В силу как в корне неверной методологии разработки концепции курса, так и совершенно недостаточного уровня подготовки большинства авторов и отсутствия качественной научной редактуры учебник получился крайне слабым. В нем, безусловно, есть и полезная информация, а отдельные разделы написаны на действительно профессиональном уровне – однако в целом текст производит крайне тяжелое впечатление.

Нечестным было бы умолчать, что я имел возможность ознакомиться с текстом учебного пособия непосредственно перед его выходом в свет. К сожалению, у меня не было физической возможности даже просто исправить все (довольно многочисленные) фактические ошибки в тексте. Конкретные условия гранта и сроки исполнения работы не позволили инициаторам проекта (к их чести, согласившимся с моими претензиями) внести сколько-нибудь значительные изменения в текст.

Разумеется, многие недостатки текста, написанного отечественными авторами, объясняются именно новизной темы и новаторством учебника. Отсутствие адекватной базы в виде корпуса исследовательской литературы, на которую могли бы опереться авторы пособия, и слабая доступность зарубежной литературы по теме, создавали для них объективную сложность, выразившуюся как в отдельных недостатках теоретической основы в некоторых разделах, так и неразработанности понятийно-терминологического аппарата в целом. Например, это проявляется в понятийном ряде «этнос» (понимаемый в духе устаревших концепций как генетическая общность) – «раса» (некоторые авторы вполне серьезно говорят о «расовом происхождении» как о чем-то реально существующем) – «нация» (трактуемая как объективно существующая общность, являющаяся этапом развития этноса), и т.п.
Другой общий недостаток пособия – идеологическая позиция многих авторов. В некоторых разделах прорывается недопустимо эмоциональный, откровенно полемический запал (как правило – изоляционистский, антиглобалитский), неприемлемый для любого учебного пособия в принципе и особенно неуместный в контексте данного проекта. Кроме того, общая мировоззренческая концептуальная рамка авторов некоторых разделов носит ярко выраженный украинский этноцентрический характер, также странно выглядящий именно в этом учебном пособии.

Этническая история Украины понимается как история украинского этноса, этническое разнообразие украинского общества – как разнообразие историко-культурных зон страны и украинских субэтносов. В контексте исчезающих языков на страницах пособия упоминается урумский язык – но читатель не узнает, к какой языковой группе и семье он относится, представители какой этнической или субэтнической группы на нем разговаривают, где они проживают и в силу каких исторических обстоятельств сложилось такое положение. В контексте религиозного многообразия упоминаются существующие в Украине этнические религии ромов (автор пишет «цыган») и караимов. На самом деле, «караимство» (как пишет автор) это не отдельная этническая религия; если уж «мессианские евреи» упомянуты в качестве направления среди иудейских групп наряду с реформистами, то караимы имеют гораздо больше оснований быть причисленными к иудейским группам. Однако это не важно; читатель все равно ничего не узнает об этой «этнической религии» и в чем ее уникальность. Такая лаконичность относительно любой неукраинской этнической группы в контексте пособия, посвященного поликультурности общества, воспринимается странно. Еще более странно выглядят временами прорывающиеся у авторов элементы антиамериканизма и в целом антизападничества, а также умеренной исламофобии (в качестве примеров нетолерантности в самых разных разделах учебного пособия непременно приводятся «исламские террористы», «мусульманские религиозные фанатики» и т.п.).

Многие вынесенные в заголовок темы не имеют отношения к содержанию раздела. Например, в заголовок раздела, посвященного религиозной проблематике, вынесена «глобализация», в то время как содержание раздела посвящено сугубо украинскому фактическому материалу (при этом неплохо описанному). Но это скорее мелочь. Более серьезным представляется в целом подбор тем, выбранных для освещения в отдельных разделах. Они производят впечатление почти случайных, у читателя к концу текста не возникает четкого понимания, почему в пособии освещены именно эти темы и именно в этом порядке. Текст не производит впечатления концептуально единого, логика его внутреннего устройства ускользает от читателя, и в этом, безусловно, проявляется изначальное отсутствие у инициаторов проекта адекватной системной и комплексной концепции пособия.

При этом безусловно сильной стороной пособия является хорошая разработанность методического аппарата, призванного максимально облегчить преподавателю работу. Акцент во всем курсе сделан не столько на фронтальное изложение материала, сколько на симулирование аудитории к самостоятельной практической работе и прививанию навыков критического мышления и дискуссии, что является бесспорным достоинством пособия.

Разные тематические разделы учебника написаны разными авторами, и в силу этого уровень их значительно различается. Сильными «проблемными» разделами пособия являются последние, седьмой и восьмой (посвященные ксенофобии и международному праву соответственно), их авторы заслуживают самой высокой оценки. Однако есть серьезные опасение, что читатель не доберется до конца учебника, споткнувшись о многочисленные вызывающие недоумение пассажи второго, третьего и четвертого разделов.

Так, уже второй раздел (собственно, он первый содержательный – формально первый раздел, по сути, вводный, он посвящен методическим вопросам) «Концептуальные основы функционирования поликультурного общества в эпоху глобализации» поражает идеологической позицией автора. В целом ряде случаев (при обсуждении проблем, связанных с глобализацией, языками международного общения, и т.п.) автор не только злоупотребляет эмоционально-окрашенными выражениями, недопустимыми в учебном издании, но и, несмотря на формальное представление различных точек зрения, по сути, навязывает читателю собственное видение этих проблем, полное стереотипов и фобий. Глобализация рассматривается как угроза, распространение знания английского языка как языка международного общения, по мнению автора, угрожает идентичности, и т.п. Довольно заметен у автора антиамериканизм, сочетающийся со стереотипизированным и далеким от реальности взглядом на ситуацию в США. В итоге, авторский подход, пусть и в умеренной форме, способствует формированию у читателя изоляционистских, партикуляристских взглядов, хотя, насколько можно понять инициаторов проекта, задача пособия заключается в обратном. Автор, по сути, критикует мировоззренческие основы мультукультурализма как идеологии и подхода к общественным проблемам. В противовес, текст содержит довольно явную апологию т.н. «традиционных ценностей».

Кроме того, если абстрагироваться от мировоззренческих и идеологических акцентов, сделанных в тексте, автор явно слабо знаком с этнонациональной и этнополитической тематикой, хотя и затрагивает эти сферы, демонстрируя заслуживающую сожаления некомпетентность. Автор плохо знакома с профессиональной литературой и порой без ссылки абзацами цитирует статьи из Википедии. Порой в тексте возникает явная терминологическая путаница.

Автор третьего раздела («Глобальная этика в поликультурном мире»), хотя и в меньшей степени, нежели автор второго, так же, по сути, выступает с полемических позиций, не скрывая негативного отношения к процессам глобализации и допуская ярко выраженные эмоциональные высказывания. Поскольку раздел посвящен философской, а не «актуально-политической» проблематике, изоляционистский пафос автора не так бросается в глаза, нежели у автора предыдущего раздела, однако красноречив, например, тот факт, что при рассуждениях об этике автор не упоминает И.Канта, зато цитирует Ф.Энгельса. Вообще, при чтении пособия иногда создается впечатление, что его текст устарел еще до написания, причем лет на двадцать.

Это впечатление усиливается при чтении четвертого раздела, посвященного «Поликультурному разнообразию как историческому явлению». Он написан на базе устаревших «примордиалистских» подходов, доминировавших в советской этнографической литературе. «Примордиализм» как один из подходов к феномену этничности имеет право на существование, однако подавать его как единственный существующий, подразумевающийся по умолчанию особенно неправильно в подобном пособии, в целом ориентированном на обсуждение дискуссионных вопросов. При этом можно отметить, что в отдельных местах раздела (крайне редко, впрочем) у автора «прорываются» пассажи, основанные на более современной литературе, что создает терминологическую путаницу и сбивает читателя с толку. В списке литературы отсутствуют базовые работы ведущих авторов, разрабатывающих проблемное поле исследований нации и национализма, в том числе – переведенных на украинский язык.

Автор явно злоупотребляет пониманием этноса как общности, объединенной «генетическим» фактором происхождения, употребляет термин «раса» в значении «объективно существующая общность», и т.п.
Изложение этнической истории украинского народа ведется с этноцентрических позиций. Крайне мало внимания уделяется разнообразию (которое, справедливости ради, следует отметить, в принципе упоминается – и для текста по этнической истории украинского этноса этого было бы достаточно, но в контексте данного учебного пособия эта тематика освещена критически мало) украинского общества с точки зрения этнической истории. Этнические меньшинства в современном украинском обществе упоминаются, но этническое, лингвистическое и культурное разнообразие субстрата, образовавшего украинский этнос, осознается автором недостаточно – процесс этнической истории для него это процесс эволюции восточнославянской общности по умолчанию. Процесс политического нациогенезиса украинского народа тоже освещен однобоко, советский период, например, в разделе отсутствует полностью.

Следующий раздел, «Этнокультурные процессы в современном украинском поликультурном пространстве», производит несколько лучшее впечатление. Можно отметить корректное изложение автором теорий этнокультурологии и этнопсихологии, различных подходов к проблематике, существующих в литературе. К бросающимся в глаза недостаткам можно отнести злоупотребление восходящих ко Льву Гумилеву псевдонаучных концепций, а также чрезмерно эмоционально нагруженный фрагмент, посвященный «этнической маргинализации». Автор этого раздела, как и некоторых предыдущих, допускает откровенно антизападные, антиамериканские, изоляционистские полемические высказывания.

Подробно описываются субэтнические группы украинского этноса, но читатель этого раздела ничего не узнает об этногенезе, скажем, крымских татар, или евреев-ашкеназов, или украинских греков. По сути, этот раздел тоже написан с этноцентрических позиций, свойственных в целом отечественной литературе по теме, однако в контексте данного пособия такой подход выглядит странно.

Многие приводимые автором в качестве иллюстрации того или иного описанного теоретически явления на самом деле к этому явлению имеют весьма отдаленное отношение. Это заставляет предположить, что либо при неплохой теоретической базе автор раздела не до конца себе представляет, как действительно выглядят на практике описываемые им в теории явления, либо (что представляется рецензенту более вероятным), теоретическая часть списана автором из существующей литературы, при этом автор не до конца разобрался в описываемых явлениях, что и объясняет неуместность приводимых примеров.

Следующий раздел, «Религиозный фактор в условиях глобализации», в целом производит неплохое впечатление (особенно на фоне предыдущих). Раздел насыщен фактической информацией, однако в основном она касается христианских деноминаций. Читатель не узнает из раздела, к какому мазхабу (исторически сложившейся богословско-правовой школе) ислама относятся крымские татары (хотя автор не забудет обратить внимание читателя на необходимость противодействия влиянию радикальных зарубежных мусульманских проповедников в Крыму – и это при том, что вся система мусульманского религиозного образования крымских татар тотально зависит от зарубежного влияния, как материально, так и концептуально), или чем отличаются иудеи-реформисты от сторонников движения Хабад-Любавич. При том, что раздел посвящен поликонфессиональности, а пособие в целом – поликультурности, эта особенность раздела не может не огорчать рецензента.

Среди других недостатков раздела – плохое освещение особенностей небольших религиозных групп, существующих в Украине (например, караимов), излишняя концентрация внимания на т.н. «деструктивных» новых религиозных движениях, злоупотребление терминами типа «религиозный терроризм», некритичное воспроизведение устоявшихся, несмотря на ошибочность, штампов (например, о «двух миллионах украинских мусульман»).

Таким образом, само стремление инициаторов проекта и авторов учебника написать пособие по тематике поликультурного общества заслуживает положительной оценки, однако исполнение идеи хромает на обе ноги. Для описания ситуации как нельзя лучше бы подходил образ «первого блина», если бы она до боли не напоминала другой национальный образ – извечных граблей, на которые частенько наступают, когда торопятся «застолбить нишу», первыми взяться за незнакомое дело, не обладая для этого достаточным опытом и квалификацией. Лично я полагаю, что для того, чтобы избежать встречи с граблями, «лучше уж никак, вместо как-нибудь»; однако противоположная точка зрения тоже, как можно увидеть из самого факта выхода в свет подобного учебника, имеет право на существование.